?

Log in

No account? Create an account
   Journal    Friends    Archive    Profile    Memories
 

Старый Лесной, статья 1902 года. - Санкт-Петербург

мар. 26, 2006 01:55 am Старый Лесной, статья 1902 года.













Журнал Живописная Россия от 28-го июля (воскресенье)1902 года, № 82, стр. 362-365.

Пригороды и окраины.
Лесной.
И.Носкова.
"Сплошная глушь. Песок, пригорки и болота; косматые ели, угрюмые сосны, понурые берёзы... И далеко кругом разметался этот лес - дитя петербургских туманов, питомец хмурого северного неба. Он по надвинулся к самой столице с севера и уходит от неё к северу же, скрывая редкие деревушки, населённые «угрюмым пасынком природы».
Шло время и, с каждым годом росшая столица двигалась навстречу зелёной громаде, лишённой ещё всякого названья. И скоро там, где изредка стучал топор одинокого дровосека, закипела жизнь: человек вторгся в вековые владения зелёного царства. Покой этого царства был окончательно нарушен, когда в 1830 году «форст институт», или «лесной», основанный ещё в 1808 году, был переведён из своего тесного помещения в новое выстроенное среди зелени долго пребывавшего в покое леса, с севера, обступившего Петербург.
Лесной институт - дал своё имя безвестной местности и, тогда оно не звучало ещё иронией: «Лесной» был действительно лесным районом.
Мало помалу из душных стен городских перекочёвывают сюда «летние номады» - дачники, привлечённые близостью столицы. С течением времени, это поселение растёт. Как грибы растут карточные домики, лепясь поблизости института. «Лесной» входит в моду, «Лесной» считается излюбленным дачным местом. Он и был им для наших бабушек и прабабушек.
Да, «были и мы молодцами». Увы, подобно тому, как Загородный проспект считался когда-то загородным местом для Петербурга, а теперь является, чуть ли не центральной частью столицы, так и с Лесным происходит подобная же метаморфоза. Лесной уже давно тяготеет к Петербургу и присоединение его на правах полного гражданина к столице является лишь вопросом времени.
Как дачное убежище, он напоминает давно уже старую модницу, щеголяющую в костюме, несоответствующего времени. А эти скученные дома, десятка два деревьев и крошечный палисад, в котором разве могут с успехом делать моцион, привыкшие к тесному курятнику, куры, - разве это не тот костюм не по плечу, в который теперь рядится Лесной, отстаивая каждую пядь земли? Это пядь земли дорожает с каждым годом, цена ей растёт не по дням, а по часам, так как великое переселение народов, вызванное квартирным кризисом в столице сильной волной ударило по Лесному и приподняло аппетиты его домовладельцев. С каждым годом всё сильнее здесь наблюдается интересное явление - растущего пригородного уголка: отлив дачников и прилив постоянных жителей, бегущих сюда от петербургской копоти и сырости, от невских туманов, уличной пыли, дворовых ароматов и столичных квартирных цен. «Прилив зимогоров» увеличивается и растёт, а с ним вместе растёт и сам Лесной и усиленно ставит новые заплаты на ветхие свои рубища, именуемые квартирными помещениями, «приспособляя» то, что было приспособлено для летнего обихода, на зимнее житьё. Путного из таких «приспособлений» выходит, конечно, очень мало... для квартирантов, разумеется. И до сих пор мало-мальски сносное, добросовестное строение найти нелегко в массе пустующих и летом и зимою «дач», рассчитанных на дачника преимущественно и «богатея» затем. Богатеи-дачники уплыли из Лесного, ибо и шестикопеечный проезд в город и близость этого самого города для богатея - вещь мало привлекательная. А уличные концерты различных ходячих торговцев, визг гармошки справа, пьяная ругань слева, при общей скученности населения в центре этого Лесного никого не привлекает. Это настоящий уездный городок, со всеми его манерами.
Лесной перерос ту стадию своего развития, когда он мог ещё претендовать на назначение дачного места, летней резиденцией столичного обывателя. И в этом случае его песня спета, как вырублены его леса, загорожен прежний вольный простор. Он в настоящее время не более как окраина столицы, тяготящая к слиянию с ней и в скором времени долженствующая в ней слиться. И только при этом слиянии залог его успеха и роста в будущем.
Культура уже коснулась Лесного. Его улицы, в большинстве случаев мощёные, содержатся в чистоте, какой можно позавидовать самому Петербургу; но последнему нечего завидовать тем «каганцам», которые освещают в тёмные ночи путь «лесным» обывателям.
Фабрики и заводы миновали Лесной, и воспрещение строить здесь фабричные здания даёт возможность не дышать копотью. Высокое положение Лесного (в некоторых частях) гарантирует от сырости, а остаток ещё не вырубленных хвойных лесов, опоясывающих его с трёх сторон, несёт живительный аромат и свежесть в лёгкие, отравленные петербургскою мозглостью. Окончание постройки «политехникума» - этого нового городка на месте недавнего леса - внесёт ещё больше жизни, тем более что в настоящее время разрешены уже вопросы об открытии в Лесном мужского и женского средних учебных заведений, настоятельно необходимых для постоянного населения, цифра, которая уже подошла к 10 тысячам человек. Два высших учебных заведения и два средних, несколько приютов и частных школ делают эту «пригородную местность» вполне достойной быть принятой в состав столичных частей.
Из достопримечательностей Лесного можно указать на дивный институтский парк, о котором вообще, мало говорят, хотя он заслуживает чести быть названным одним из лучших парков, ближайших к столице.
Собственно лесной институт и его парк и строящийся политехникум - вот и всё, что может быть названо достопримечательностями. Остальные «примечательности» для местной публики вряд ли интересны не для аборигенов. Это круглый пруд, имеющий круглую форму, но вовсе почти не имеющий воды, долго украшавший Лесной и, наконец, в пошлом году принявший иное назначение. На его месте предложено строить каменный храм, пока же на одном из его берегов воздвигнута временная деревянная церковь. Затем такой же пруд, но «серебряный», в котором плавают лодки и на пространстве трёх аршин лесные спортсмены подвизаются в водяном спорте. Отсутствие воды; вот зло Лесного и потому «пруды» его являются примечательностью, так скромная северная клюква на юге производит сенсацию. «Что ни город, то норов...» Хотя нужно в заключение прибавить, что большую сенсацию в Лесном производит знаменитая когда-то «Беклешовка». Там тоже пруд и музыка при буфете, но и буфет при музыке, как во всех наших столичных увеселительных садах. «Благонамеренная» семейная часть публики увеселяется в парке на Серебряном пруду, где «Общество благоустройства Лесного корпуса» даёт несколько раз в неделю спектакли; другую же часть вполне удовлетворяет музыкально-вокальная часть «Беклешовка», где подвизается труппа и играет оркестр под аккомпанемент откупориваемых в буфете бутылок...
Словом, всякий веселится здесь по-своему...
К числу развлечений относится, как это ни странно, обязательные паломничества «на могилу Карла и Эмилии»; этих «лесных» Ромео и Джульетты, погибших от любви друг к другу и похороненных среди поля, как хоронили раньше самоубийц.
Чья-то заботливая рука водрузила крест над этой могилой и убрала цветами зелёный холм, а далеко не заботливые руки сентиментальных поклонников и поклонниц набросали здесь же груды всякого мусора: в виде шелухи от орехов, бумажек от леденцов и прочего. Это своего рода праздничная дань - дань прозы, поэзии и, вероятно, признательной памяти... Проза всегда вторгается в поэзию.
Чья это могила
Тиха, одинока
И крест тростниковый
И надпись свежа?
Как это подходит степи, воспетой Кольцовым и совсем не подходит Лесному.
«Здесь гул толпы, здесь торжище людское», город - в праздник и деревня в будни в зимние дни. Тогда и та могила «тиха и одинока», как тих сам Лесной, засыпанный пухом снега.
Н.Носков".
И соответсвующие старинные изображения Лесного того времени.
Материал мой, то есть Николая Лаврентьева.

2 комментария - Оставить комментарийPrevious Entry Поделиться Next Entry

Comments:

От:kalakazo
Дата:Апрель 5, 2006 12:46 am
(Ссылка)
Было бы замечательным, при Вашем интересе к Лесному,
заняться историей парка, в куцем виде сохранившийся вокруг Лесотехнической Академии.
Есть там любопытные захоронения, о каких мало кто знает.
И совсем никому не известно о системе бомбоубежищ,
в затопленном виде сохранившихся под академической оранжереей.
Именно в них "сидело" городское начальство в годы блокады.
"Объект" настолько был секретным,
что о его существовании недогадывались даже местные обыватели.
По дошедшему до меня устному преданию,
заключенные, строившие его - были "ликвидированы"
и захоронены здесь же в парке.
Со строительством этого "объекта" связывают и разрушение церкви в Лесном.
От:forestier
Дата:Апрель 5, 2006 02:49 pm
(Ссылка)
О захоронениях в парке мне известно почти всё. Парк наш не куцый - это Российские люди куцые, из-за которых парк портиться. О парке многое, написанное мной, опубликовано в различных СМИ Петербурга.
Катакомбы были построены для ЗАПАСНОГО штаба Ленинградского военного округа и по назначению ни когда не использовались. А городское начальство сидело в Смольном, который тщательно охранялся зенитками. Уходят на 5 этажей по землю, в настоящее время только первые этажи используются для занятий по гражданской обороне в Лесотехнической академии, а остальные затоплены. Разрушение церквей ни как не связано со строительством запасного штаба.
Все байки и сказки про эти сооружения - сущей бред.